Уникальная методика для детей!!! NEW!!!

Записаться на курсы Заказать перевод

Это интересно

Английский язык - как спелая смоква

29.07.2011

 

 Нет,  эта заметка не ставит целью рыться в личной жизни великого писателя современности. Речь идет лишь об одной его Боли – о тоске по любимейшему русскому языку. Английским языком Владимир Набоков владел так же, как родным русским  - в совершенстве. Все его шедевры написаны именно на английском языке.

Ведь писатель имел очень слабую надежду, что советские люди будут когда-либо  иметь возможность прочесть его сочинения на русском языке. И все-таки свою непревзойденную «Лолиту» этот международный Волшебник Слова сам перевел на русский язык. Сравните, пожалуйста, два постскриптума – к русскому и англоязычному изданиям. Способны ли мы понять эту личную трагедию Мастера?  Впрочем, читайте сами. 

К русскому читателю

«Американскому читателю я так страстно  твержу  о  превосходстве моего русского слога  над  моим  слогом  английским,  что  иной славист может и впрямь подумать, что мой  перевод  «Лолиты»  во сто  раз  лучше  оригинала.  Меня  же  только  мутит  ныне   от дребезжания моих ржавых русских струн.  История этого  перевода — история  разочарования.  Увы,  тот  «дивный  русский  язык», который, сдавалось мне,  все  ждет  меня  где-то,  цветет,  как верная весна за наглухо запертыми воротами, от которых  столько лет  хранился  у  меня  ключ,  оказался  несуществующим,  и  за воротами  нет  ничего,  кроме  обугленных  пней   и  осенней безнадежной дали, а ключ в руке скорее похож на отмычку. Утешаюсь, во-первых, тем, что в неуклюжести  предлагаемого перевода  повинен  не  только  отвыкнувший  от   родной   речи переводчик, но и дух языка, на  который  перевод  делается.  За полгода работы над русской «Лолитой» я  не  только  убедился  в пропаже многих личных  безделушек  и  невосстановимых  языковых навыков и сокровищ, но пришел и к некоторым  общим  заключениям по поводу взаимной переводимости двух изумительных языков. Телодвижения,  ужимки,  ландшафты,   томление    деревьев, запахи, дожди,  тающие  и  переливчатые  оттенки  природы,  все нежно-человеческое (как ни странно!),  а  также  все  мужицкое, грубое, сочно-похабное  выходит  по-русски  не  хуже,  если  не лучше, чем  по-английски;  но  столь  свойственные  английскому тонкие недоговоренности, поэзия  мысли,  мгновенная  перекличка между отвлеченнейшими понятиями, роение односложных эпитетов — все это, а также все  относящееся  к  технике,  модам,  спорту, естественным  наукам  и   противоестественным    страстям    — становится  по-русски   топорным,    многословным    и    часто отвратительным в смысле стиля и ритма.  Эта  неувязка  отражает основную разницу в историческом  плане  между  зеленым  русским литературным языком и зрелым, как лопающаяся  по  швам  смоква, языком  английским:  между  гениальным,  но  еще   недостаточно образованным, а иногда довольно безвкусным юношей,  и  маститым гением, соединяющим в себе  запасы  пестрого  знания  с  полной свободой духа.  Свобода духа! Все дыхание человечества  в  этом сочетании слов».

 Тем, кто английский язык считает родным

«Лично моя трагедия – которая не может и не должна кого-либо касаться – это то, что мне пришлось отказаться от природной речи,  от моего ничем не стесненного, богатого, бесконечно послушного мне русского слога ради второстепенного сорта английского языка, лишенного в моем случае всей той аппаратуры – каверзного зеркала, черно-бархатного задника, подразумеваемых ассоциаций и традиций – которыми туземный фокусник с развевающимися фалдами может так волшебно воспользоваться, чтобы преодолеть по-своему наследие отцов».


К списку