Уникальная методика для детей!!! NEW!!!

Записаться на курсы Заказать перевод

Это интересно

О двух друзьях из Озёрного края

01.02.2010

Сегодня, друзья, мы расскажем вам о двух талантливых английских поэтах-романтиках, о двух друзьях  - Сэмюэле Колридже и Уильяме Уордсворте. Впервые они заявили о себе совместным сборником «Лирические баллады» - своеобразным манифестом английского романтизма. Оба они принадлежат к так называемой «Озёрной школе» (название придумано “Edinburgh Review”). Вдвоем они мечтали о возрождении английской поэзии. Оба были под огромным впечатлением от своих путешествий по английским озерам, оба были очарованы красотой родной природы. Впоследствии пути Уордсворта и Колриджа разошлись. Первый избрал для себя область простой, повседневной жизни, задавшись целью внести поэзию в описание самых обыкновенных событий деревенского и городского быта, Колридж же выбрал область событий и характеров романтического и фантастического жанра.

Самое известное и любимое соотечественниками произведение Сэмюэля Колриджа – “Ancient Mariner” – «Старый Мореход», в котором странным образом перепутывается действительность с вымыслом. Сегодня Rime of Ancient Mariner – «Баллада о Старом мореходе» входит во все антологии английской поэзии.   В честь Колриджа его благодарные почитатели установили в Уотчете (Лондон) Памятник Старому Мореходу.

… После того, как Старый моряк убил альбатроса, наступает полный штиль. Проходит день за днем, но над водой – ни малейшего ветерка, и парусник стоит на месте, будто нарисованный на фоне нарисованного океана. Палуба пересохла, и нечем утолить жажду…

За днями дни, за днями дни

Мы ждём, корабль наш спит,

Как в нарисованной воде,

Рисованный стоит.

Вода, вода, одна вода.

Но чан лежит вверх дном;

Вода, вода, одна вода,

Мы ничего не пьём.

 

Day after day, day after day,

We stuck, nor breath nor motion:

As idle as a painted ship

Upon a painted ocean.

Water, water, everywhere,

And all the board did shrink;

Water, water, everywhere,

Nor any drop to drink.

В конце концов, Старый моряк  видит в воде вокруг корабля морских созданий, которых раньше называл не иначе, как «склизкими тварями», и прозрев, благословляет их всех и всё живое вообще. Проклятье исчезает, и в знак этого альбатрос срывается с его шеи:

Я в этот миг молиться мог:

И с шеи, наконец,

Сорвавшись, канул Альбатрос

В пучину, как свинец.

 Ah! well a-day! What evil looks
Had I from old and young!
Instead
of the cross, the Albatross

About my neck was hung.

 

Уильям Уордсворт писал о земном человеке в окружении природы. И сокрушался, что люди растрачивают себя на суетные дела.

Затягивает быт; и рано или поздно,

Накапливая, тратя, мы расходуем себя.

The world is too much with us; late and soon,

Getting and spending, we lay waste our powers.

 и еще:

Мы ищем истину за облаками,

Она же  - под ногами.

Wisdom is ofttimes nearer when we stoop

Than when we soar. 

Очень часто в стихах Уордсворта встречается слово solitude (одиночество, уединение). Он много ездил и ходил, а потом в одиночестве думал и писал о трех вещах – о человеке, человеческой жизни и природе.

В стихотворении «Опрокинутые столы» (The Tables Turned)  звучит прямо-таки бунтарский призыв бросить книги и ученые занятия. Человек препарирует всё, созданное природой, и тем самым убивает ее, называя это изучением природных явлений…

Books! ‘tis a dull and endless strife:

Come, hear the woodland linnet,

How sweet his music! On my life,

There’s more of wisdom in it.

Sweet is the lore which Nature brings:

Our meddling intellect

Misshapes the beauteous forms of things:

We murder to dissect.

 


К списку